Читайте также:

Сами мальчики, которые его приглашали, ему вполне нравились, но их отцы... отцы были почему-то как две капли воды похожи друг на друга, и Джон на свой ..

Фрэнсис Фицджеральд (Francis Fitzgerald)
«Алмаз величиной с отель Риц»

Сверкает сталь обшивки, ни пятнышка масла на моторе. Самолет как новенький. Как тончайшее часовое устройство -- и механики касались его пальцами изобретателей...

Антуан де Сент-Экзюпери (Saint-Exupery)
«Южный почтовый»

в возрасте восьмидесяти четырех лет, та земля, которую он в свое время купил, чтобы выращивать овощи и продавать их на Ковентгарденском рынке, и участки, которые он неизме..

Уильям Сомерсет Моэм (William Somerset Maugham)
«Рождественские каникулы»

Смотрите также:

Интервью. С Освальдо Феррари

Память Борхеса

Хорхе Луис Борхес-классик

Хорхе Луис Борхес о буддизме

Интервью. С Ритой Гиберт

Все статьи


Поиск по библиотеке (включая переводы):




Ваши закладки:

Вы читаете «Тлён, Укбар, Orbis tertius», страница 10 (прочитано 90%)

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок Orphus.
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

В то время как раз были выпущены двадцать томов Encyclopaedia Britannica; Бакли предлагает создать методическую энциклопедию вымышленной планеты. Пусть себе описывают сколько хотят золотоносные горные хребты, судоходные реки, луга с быками и бизонами, тамошних негров, публичные дома и доллары, но с одним условием: «Это произведение не вступит в союз с обманщиком Иисусом Христом». Бакли не верил в Бога, но хотел доказать несуществующему Богу, что смертные люди способны создать целый мир. Бакли умер от яда в Батон Руж в 1828 году; в 1914 году общество вручает своим сотрудникам – а их было триста – последний том Первой энциклопедии Тлена. Издание это тайное: составляющие его сорок томов (самое грандиозное сочинение, когда либо затеянное людьми) должны были послужить основой для другого, более подробного, написанного уже не на английском языке, но на одном из языков Тлена. Этот обзор иллюзорного мира предварительно и был назван Orbis Tertius, и одним из его скромных демиургов был Герберт Эш – то ли как агент Гуннара Эрфьорда, то ли как член общества. То, что он получил экземпляр Одиннадцатого Тома, как будто подкрепляет второе предположение. Ну а другие тома? В 1942 году события разыгрались одно за другим. С особенной четкостью вспоминается мне одно из первых, и, по моему, я отчасти почувствовал его пророческий характер. Произошло оно в особняке на улице Лаприда напротив светлого, высокого, выходившего на запад балкона. Княгиня де Фосиньи Люсенж получила из Пуатье свою серебряную посуду. Из обширных недр ящика, испещренного иностранными печатями, появлялись изящные неподвижные вещи: серебро из Утрехта и Парижа угловатой геральдической фауной, самовар. Среди всего этого живой, мелкой дрожью спящей птицы таинственно трепетал компас. Княгиня не признала его своим. Синяя стрелка устремлялась к магнитному полюсу, металлический корпус был выпуклый, буквы на его округлости соответствовали одному из алфавитов Тлена. Таково было первое вторжение фантастического мира в мир реальный. Странно тревожное совпадение сделало меня свидетелем и второго случая. Он произошел несколько месяцев спустя в харчевне одного бразильца в Кучилья Негра. Аморим и я возвращались из Санта Аны. Разлив реки Такуарембо вынудил нас испытать (и вытерпеть) тамошнее примитивное гостеприимство. Хозяин поставил для нас скрипучие кровати в большой комнате, загроможденной бочками и винными мехами. Мы улеглись, но до самого рассвета не давал нам уснуть пьяный сосед за стенкой, который то долго и вычурно ругался, то, завывая, распевал милонги – вернее, одну милонгу. Мы, естественно, приписывали эти нестихавшие вопли действию жгучей тростниковой водки нашего хозяина… На заре соседа нашли в коридоре мертвым. Его хриплый голос ввел нас в заблуждение – то был молодой парень. Из пояса пьяницы выпало несколько монет и конус из блестящего металла диаметром в игральную кость. Напрасно какой то мальчуган пытался подобрать этот конус. Его с трудом поднял взрослый мужчина. Я несколько минут подержал его на ладони; вспоминаю, что тяжесть была невыносимая, и, когда конус забрали, ощущение ее еще длилось какое то время.




Страницы: (11) :  <<  ... 234567891011

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Мы пересели на диван в углу фойе и, глядя на кружащийся за окном снег, вели застенчивую беседу. Я заказала горячее какао, он отказался от всего. Он совершенно не уступал мне в отсутствии умения вести разговор. Вдобавок, у нас не было для беседы общей темы: разговор поначалу зашёл о погоде, затем переключился на удобство гостиницы.
-- Вы один приехали сюда? -- спросила я.
-- Да. А вам нравится кататься на лыжах?
-- Не так чтобы очень, -- ответила я. -- Просто подружки уговорили поехать вместе. По правде, я даже не особо пытаюсь кататься.
Я очень хотела узнать про ледяного человека: действительно ли его тело сделано изо льда, что он обычно ест, где живёт летом, имеет ли семью и всякое такое. Однако о себе ледяной человек ничего не рассказывал. Я же не осмеливалась спросить, предполагая, что он не хочет об этом говорить.
Вместо этого он рассказал мне же обо мне самой. В это трудно поверить, но ледяной человек хорошо знал всё, что касалось меня: будь то семья или возраст, увлечения или здоровье, школа или товарищи, -- всё, вплоть до мелочей, о которых я сама уже давно позабыла.
-- Ничего не понимаю! -- сказала я, покраснев. -- Такое ощущение, будто меня раздели на виду у всех догола. Откуда вы обо мне всё знаете? Может, вы умеете читать мысли людей?
-- Читать мысли, скажем, я не умею, но мне понятно. Просто понятно, -- ответил он, -- словно всматриваюсь в самую толщу льда. Если пристально посмотреть, и вас будет видно насквозь.
-- А моё будущее?
-- Будущего не видно, -- ответил он с бесстрастным лицом и медленно кивнул головой. -- У меня нет ни малейшего интереса к будущему. Точнее, для меня не существует самого понятия -- «будущее», потому что будущего у льда нет. В нём лишь сковано прошлое. Сковано и видно так отчётливо, будто бы всё -- живое. Лёд -- он может таким образом сохранять разные вещи чистыми и прозрачными. Сохранять всё как есть. И в этом главное предназначение льда, его сущность.
-- Вот и славно! -- обрадовалась я. По правде, не хотелось знать своё будущее...

Харуки Мураками (Haruki Murakami)
«Ледяной человек»

© 2003-2010 Rulib.NET
Координатор проекта: Российская Литературная Сеть, Администратор сайта: Анастасия Уласова. Сайт работает под управлением системы "Электронный Библиотекарь" 5.0

Правовая информация: если Вы являетесь автором и/или правообладателем любых из представленных на страницах нашей библиотеки произведений, и возражаете против их нахождения в открытом доступе - сообщите нам по адресу [email protected] и мы немедленно удалим указанные работы.

Администратор сайта и координатор проекта не несут ответственности за содержание рекламных материалов и информации, размещаемой посетителями, однако принимают все необходимые и достаточные меры для контроля. Перепечатка материалов сервера возможна лишь при обязательном условии ссылки на ресурс http://www.borhes.ru/, с указанием автора материала и уведомлением администрации ресурса о дате и месте размещения.

Информация о литературной сети
Принять участие в проекте

Проект осуществляется при информационной поддержке IQB Group: создание сайтов и web дизайн, продвижение сайтов и оптимизация сайта.

КартаКарта